Точка зрения: женщина без национальности



Точка зрения: женщина без национальности
Photo by rawpixel.com from Pexels

Каждый человек несёт в себе два импульса: он часть чего-то общего и он же – индивидуальность. Он ощущает в себе эти два ведущие в разные стороны чувства неосознанно. Эти чувства можно сравнить с центробежной силой и силой тяжести – одна отталкивает, другая притягивает. Но только вместе они обеспечивают Земле нужное для существования во вселенной равновесие *.

Поэтому, как стремление к принадлежности, которое избавляет человека от чувства одиночества и даёт чувство защищённости, так и стремление оградиться от влияния других людей, которое даёт ощущение свободы и возможность для самостоятельного развития, являются естественными составляющими каждого человека.

Эти импульсы ярко выражены в национальной принадлежности — теме, очень близкой мне по трём причинам: во первых, меня беспокоит глобальная популяризация националистических настроений; во вторых, этот вопрос всегда был очень актуален у меня на родине, в Эстонии; в третьих, не совсем по моему выбору, но у меня нет национальности и поэтому я вижу все эти проблемы как сторонний наблюдатель, не принимая чью-либо сторону, но переживая за всех сразу.

Читайте также:

Кем я являюсь?

На родине меня считают русской и это логично — мой родной язык русский, я ходила в русскую школу, где мне прививали русскую культуру, основной круг моего общения составляют русскоговорящие люди. Мало кто из моих знакомых знает, что я, на самом деле, не русская.

Мой дед по материнской линии был военным, и поэтому семья моей матери переехала из Украины в Эстонию, когда ей было всего 6 лет. Украинский язык им в Советском Союзе не понадобился, поэтому всё, что мне досталось от моих украинских (с польскими примесями, судя по фамилии деда и других родственников) корней — это бабушкины вареники с кислой капустой или вишней.

Человек, которого я считаю своим отцом, был наполовину русским, наполовину поляком, он родился в Печёрской области. Он и мои родственники по его линии не привнесли в мою национальную идентичность ничего, что могло бы дать мне ощущение того, что я русская. Никаких особенных русских традиций, не считая празднования Нового Года с обязательным салатом оливье и селёдки под шубой, которую я никогда не ела, в моей семье не было.

Читать еще

Присущая русским религиозность в Советское время не пользовалась популярностью, и я знакомилась с концепцией Бога не через православные традиции, а читая красочную, с глянцевыми страницами, баптистскую детскую библию, которая мне досталась от прабабушки, которая жила на Украине и регулярно посещала баптистские собрания.

Поэтому любовь к русской культуре я приобрела в школе на уроках литературы. Булгаков, Достоевский и поэты серебряного века рассказали мне о всей глубине русской души, а не навязанная мне национальность.

Меняющаяся национальность

Я родилась в Тарту, и спокойно прожила в этом очень эстонском городе с минимальным знанием эстонского языка почти до 19-и лет, пока не закончила гимназию и поступила в Тартуский Университет, где относительно быстро, но не без сложностей, освоила этот бесконечно красивый и очень мелодичный язык.

Так же в университете благодаря доценту Тию Яааго, которая пела нам на лекциях по основам фольклористики эстонские рунические песни (regilaulud), я впервые прикоснулась к красоте эстонской культуры. Я почувствовала глубокое восхищение и даже некоторую зависть, мне тогда даже казалось, что я была бы чем-то большим, чем я есть, если бы я была эстонкой, если бы вся эта красота была неотъемлемой частью меня самой. Я всегда ощущала себя белой вороной, и в молодости мне очень хотелось быть частью чего-то, хотелось избавиться от чувства одиночества, хотелось, чтобы что-то объединяло меня с другими людьми.

Я тогда ещё не знала, что мой биологический отец — эстонец. Мне было 28 лет когда мама посвятила меня в великую тайну нашей семьи и моё несбыточное желание быть эстонкой вдруг осуществилось. В тот момент мне казалось, что вот теперь всё поменяется, не будет больше одиночества — теперь я частичка всех этих людей, я часть этой культуры, часть своей родины, я была бесконечно рада в тот момент.

Но не долго меня накрывало это романтическое и очень наивное заблуждение. Очень скоро я поняла, что гены определяют национальность только при наличии сопутствующих факторов. Первый фактор — это язык, второй — это насколько семья поддерживает национальные традиции, третий — это среда общения в детстве и в период взросления. Как бы хорошо ты не владел языком, если у тебя нет общих культурных воспоминаний, то ты всегда будешь не в теме.

Отказ от национальности

Таким образом я не эстонка и не украинка, но могу ли я определить себя как русскую? Ну, вроде как могу — мой родной язык русский, за счёт языка русская культура мне всё же ближе, чем другие, салат оливье берёт на себя роль моего национального кода и имя у меня славянское, почему бы и нет.

А теперь представьте себе, что мой биологический отец, например, южноафриканец, а не эстонец, и я такая симпатичная тёмнокожая женщина. Всё! Тут у меня уже не будет никаких шансов оставаться русской, я буду просто негритянкой, и пофиг, что это неполиткорректно…, я буду каждый день испытывать на себе сотни презирающих взглядов, буду вызывать страх и неприязнь у большинства незнакомых мне людей, потому что буду чем-то очень инородным в когда-то таком надёжном мире, буду вызывать беспокойство и напоминать о том, что всё меняется, и возможно скоро на улицах появится сотни вот таких как я. Они придут и отберут наши рабочие места, притащат с собой свои варварские традиции, будут пугать своими нравами наших детей, наш мир прогнётся под тяжестью их бескультурья, и мы все неминуемо погибнем.

Таким жёстким примером я хочу показать, что национальная идентичность — это, во-первых, понятие относительное, а, во-вторых, очень опасное. Неправильно осознанная или скорее неосознанная национальная принадлежность — это часто сила тяжести, которая сплачивает нас, но видит врага во всём, что не совпадает с её критериями, выстраивает границы между людьми и препятствует развитию человечества. Это средство для манипуляции людьми, для внедрения ненависти между народами и часто средство для отвлечения от более существенных проблем государства.

Мой мир

В современном мире определение национальной принадлежности — это личное дело каждого, так же как выбор вероисповедания или ощущение собственного пола, которые не зависят от того, где и кем ты родился. Именно поэтому никто не может навязывать мне национальность, вмешиваться в мою национальную идентичность и тем более на её основе делать выводы относительно моей личности. По этой причине я сделала осознанный выбор в сторону отказа от национальности.

Теперь, когда у меня нет национальности, каким я вижу мир? Для меня нет культуры, которая превосходит какую-либо другую культуру. Все культуры несут в себе сорокатысячелетний опыт наших, в любом случае общих, предков, все они по-своему интересны, и все достойны внимания и уважения. И я рада, что говорю и думаю на языке Тарковского и Толстого, но я была бы не меньше рада, если бы моим родным языком был бы язык Ницше, Фромма, Сартра или Пярта.

Последние полгода я училась в университете на юге Франции и там общалась с представителями как минимум 15 стран мира — сирийцами, американцами, японцами, итальянцами и так далее. И могу сказать что, в большинстве своём это добрые и интересные люди. Нахальных, не уважающих никого людей можно встретить в любой стране мира. Это необходимо понимать и помнить, в тот момент, когда хочется сказать — какие уроды эти русские, эстонцы, сирийцы…

Я люблю страну, в которой я родилась, люблю населяющий её народ и их культуру — теперь всё же и мою культуру тоже, но меня очень сильно тревожат культивируемые политиками националистические настроения. Подымая национальное самосознание страны, они обостряют конфликт между эстонцами и русскоговорящими людьми. Зачем?

Теперь назовите мне хоть одну объективную причину считать национальную идентичность жизненной ценностью или хоть как-то полезной? Сохранение культуры, традиций, уважение к предкам — это другой вопрос.

Строить заборы — это не только эстонский тренд, это общемировая утопическая зараза, которая ведёт человечество в тупик. Грань между национальной принадлежностью и национализмом очень тонка и опасна, а наш мир хрупок. Так почему бы не быть космополитом — гражданином вселенной?

* идея сравнения подсказана Ф.Риман “Основные формы страха: исследование в области глубинной психологии”

Статья опубликована на сайте Feministeerium.ee.